АТАКИ ИЮНЯ 2023 ГОДА
Брюс Гудмундссон, 7 июля 2023 года
The Attacks of June 2023
Эта попытка разобраться в серии ограниченных по масштабу атак, предпринимаемых ВСУ с 4 июня 2023 года, начинается с напоминания о том, что “все модели неверны, но некоторые лучше других”. То есть, хотя я надеюсь, что используемые мной аналогии прольют некоторый свет на стоящую за этими усилиями логику, я полностью осознаю, что, подобно другим военным предприятиям, участки, масштабы и сроки проведения этих операций зависят от случая, “трения” и страсти, в той же степени, как и от разума и рифмы.
Постоянные читатели Tactical Notebook не удивятся, что, когда начала вырисовываться схема этих атак, первой пришедшей мне на память аналогией было наступление с ограниченными целями [Angriff mit begrenzten Zielen]. Проводимая немецкими соединениями, сражавшимися во Франции и Фландрии в течение первой зимы Первой мировой войны, каждая подобная операция служила цели захвата определенных участков местности, которые, будучи интегрированы в более крупную оборонительную позицию, улучшали способность данной дивизии или армейского корпуса проводить оборонительные операции. Это усиление оборонительной мощи немецких войск на Западе, в свою очередь, позволило им достигать большего с меньшими затратами, тем самым высвободив части для службы на других фронтах.
Три этапа классической “атаки с ограниченными целями”
Несмотря на то, что основное внимание уделялось захвату небольших участков территории, ни одна из проведенных в июне 2023 года атак не продемонстрировала явных признаков наступления с ограниченными целями - то есть успешное наступление не способствовало улучшению оборонительных позиций ВСУ. Напротив, захват определенных участков местности ослабил способность вовлеченных украинских сил противостоять российским атакам.
Рассмотрим, например, случай с возвышенностями близ городка Роботино, в тринадцати километрах южнее города Орехов. Захват украинскими войсками северной стороны хребта близ городка Роботино вместо ликвидации российского вклинения создал аналогичный выступ в позиции ВС РФ, который как облегчал работу русской артиллерии, так и создавал условия для контратаки русских. Проще говоря, захват высот близ Роботино привел победителей в центр огневого мешка.
Два этапа украинской атаки на горный хребет близ Роботное
Частое использование слова “плацдарм” для описания захваченных в ходе украинских атак участков наводит на мысль, что те могут служить цели подготовки почвы для операций более масштабного характера. Однако местность, о которой идет речь, лишена характеристик классического “ключевого ландшафта”. Иными словами, сельская местность в Запорожье и западном Донецке настолько открыта и не имеет естественных препятствий, что при проведении масштабных наступлений каждый квадратный километр местности практически ничем не отличается от любого другого.
Масштабное инженерное оборудование российских оборонительных позиций на Украине наводит на мысль о возможной цели украинских атак “съесть слона по кусочку”. Однако темп этих атак дает русским достаточно времени, чтобы вырыть новые траншеи, заложить новые минные поля и посеять новые “драконьи зубы”. Другими словами, если битва представляет собой гонку между разрушением старых оборонительных сооружений и строительством новых, то строители выигрывают.
ИЗНУРЯТЬ, РАСТЯГИВАТЬ И НАНОСИТЬ УДАРЫ
Брюс Гудмундссон, 15 июля 2023
Starve, Stretch, and Strike
Стремясь разобраться в атаках, предпринимаемых ВСУ с 4 июня 2023 года, я столкнулся с темой истощения перед прорывом. В написанной сэром Лоуренсом Фридманом статье упоминаются три соперничающие теории о целях этих операций. Одна характеризует атаки как элементы последовательной программы боевых действий на истощение, ряда имеющих целью захват местности боев, когда высокая затратность удержания определенных участков земли вынудила бы русских отступить. Вторая представляет атаки как маневр, посредством которого российские мобильные формирования ставятся в уязвимое положение. То есть множество мелких атак вынуждает русских задействовать силы, которые иначе были бы оставлены в резерве, тем самым лишив их главного средства реагирования на прорыв. Третья теория, выраженная крылатой фразой “изнурять, растягивать и наносить удары”, описывает украинские атаки как элементы кампании, в которой истощение (“изнурение”) дополняет определенный маневр (“растягивать и наносить удары”).
Абстрактный взгляд на развертывание российских резервных формирований для усиления передовых позиций.
Обе формы истощения, упомянутые профессором Фридманом, носят локальный характер - то есть ни одна из них не предполагает, что ресурсы русских закончится до того, как спонсоры украинских военных усилий исчерпают свои запасы. Скорее, первая теория предполагает, что значимое истощение будет происходить на уровне батальонов и бригад, а третья - что уничтожение российских танков и расход российских снарядов усилят эффект гамбита “растягивать и наносить удары”.
Увы, ни то, ни другое предположение не отражает ситуацию на театре военных действий. Благодаря обильности материально-технического обеспечения, глубине укрепленных позиций и готовности использовать старое оружие по-новому, российские силы на Украине, похоже, одерживают верх в обеих формах Materialschlacht (МТО). То есть, пока русские осознают, что им лучше устанавливать новые минные поля и рыть новые траншеи, чем пытаться отбить старые, украинские силы, проводящие “атаки с ограниченными целями”, понесут больший ущерб, чем смогут нанести. Схожим образом, пока российские командиры будут должным образом рассредоточивать свои склады боеприпасов и штабы, наносимый украинскими ракетами ущерб будет мало влиять на ситуацию на фронте или на исход войны.
Помимо сбережения своих сил, российские командиры, которые противятся искушению относиться к каждой позиции так, будто если бы это был Сталинград, также избегнут ловушки, расставленной для них маневром “растяжения”. То есть своевременный вывод передовых подразделений с определенной территории уменьшит необходимость в использовании резервных формирований для их усиления, спасения или замены.
Опубликовано: 24/07/23